На фоне того, что о провоенной деятельности Свято-Елисаветинского монастыря в мире узнают всё больше, репутацию обители решил спасать православный волонтёр и «военкор» Николай Гаврилов. В своем телеграм-канале он разместил такое высказывание:
Для тех, кто пытается обвинить монастырь в помощи военных — это ложь. Скажем, как есть — чтобы не было двойной бухгалтерии, чтобы не было всяких соблазнов, все давно и чётко разделено. Монастырь помогает мирным жителям, а отдельные жертвователи — военным. Там иные суммы, по плечам только ресурсным людям, с которыми нас свела общая боль. Мы не пишем отчётов, и иногда итоги поездки сваливаем в одну кучу, поэтому сегодня специально заострили внимание: монастырь — только мирным, это позиция, иначе и быть не может. Если у кого-то есть сомнения, можете взять и поехать с нами, увидеть все своими глазами.
Что в этом заявлении не так?
1. На официальных ресурсах СЕМ связанный с монастырём прихожанин Николай Стороженко ежемесячно публиковал сборы группы Николая Гаврилова на помощь именно военным — группе «Шторм».
Даже если монастырь не выделяет из своей кассы деньги на эти поездки, он всё равно выступает организатором таких сборов.
2. На внутренних встречах СЕМ сёстры и монахини рассказывают, что ездят на российские или оккупированные территории Украины, чтобы помогать военным в госпиталях — свидетельства 1 и 2.
3. Монахиня Александра (Ляхова), руководящая волонтерской группой в СЕМ, в беседе с журналистом «Белсата», который представился волонтёром, подтвердила, что её группа обрабатывает заявки от российских военных.
4. То, что СЕМ организовывал сбор автомобилей для российских оккупантов, подтверждает и принимающая сторона. Российская волонтёрская группа «Помощь братьям», которой руководит монахиня Евгения (Цивцивадзе), подтвердила, что при участии группы Ляховой было закуплено как минимум 11 автомобилей для российских военных.
5. На плакатах, баннерах и другой рекламной продукции монастыря регулярно размещаются сборы именно для военных, а также проводятся акции по написанию писем и открыток для них (1, 2).
6. На фестивалях, которые проводит монастырь, регулярно собирают деньги для «защитников Донбасса», или «воинам СВО».
7. Монастырь занимается и информационным обслуживанием войны: организует провоенные мероприятия — кинопоказы, концерты «Своих не бросаем», встречи с российскими военными и волонтёрами; украшает концертный зал обители портретами оккупантов; восторженно высказывается о войне на сестрических собраниях и поддержке собственных (!) добровольцев — участников российской агрессии.
8. На базе монастыря организована военная подготовка детей в рамках лагеря «Орлята».
Заявление Николая Гаврилова о том, что монастырь помогает только мирным жителям, не выдерживает проверки фактами. Даже если часть помощи формально проводится через «отдельных жертвователей» или аффилированные группы, монастырь всё равно выступает площадкой, организатором, информационным посредником и участником этой деятельности. Речь идёт не о разовом эпизоде, а о системной поддержке российских военных — через сборы, мероприятия, публичную агитацию, логистику и внутреннюю мобилизацию прихожан и сестёр.
Отправить ответ